Архитектурный Петербург
электронный бюллетень

Информационно-аналитический бюллетень

Союза архитекторов Санкт-Петербурга,

Объединения архитектурных мастерских Санкт-Петербурга,

Ассоциация СРО «Гильдия архитекторов и инженеров Петербурга»

Главная / Архив / 2011 / 03 / Архитектура Петербурга – 2011

Выставка лучших проектов и построек

Архитектура Петербурга – 2011

– Самый охраняемый, самый неразрушенный город в нашей стране вдруг оказался под огнем критики. Люди стали говорить о тотальном разрушении Петербурга — это абсолютно несправедливо. Это происходит из-за неполной осведомленности, и я надеюсь, что эта выставка поможет более правильно и объективно оценить процессы, происходящие в градостроительстве и архитектуре, и наладить диалог с общественностью.

В.B. Попов,
президент СПб Союза архитекторов

Каждый архитектор сам себе и критик, и историк
Ю.И. Курбатов,
академик МААМ, доктор архитектуры, профессор

Еще лет двадцать тому назад трудно было представить результаты столь быстрого и талантливого освоения новых строительных технологий и материалов Запада, от которых мы серьезно отстали в советское время. Складывается также впечатление, что творческая энергия, накопленная в период типового проектирования, вдруг нашла взрыво-образную реализацию.

Трудно было представить также разнообразие и парадный блеск новых форм и количество ярких архитекторов нового поколения. Если раньше успешных и заметных архитекторов в Ленинграде-Петербурге было не больше десяти, то теперь их в три-четыре раза больше. Конкурентная борьба на рынке проектов, конечно, огромный стимул для каждого: сказать свое слово, оставить свой след в отечественной архитектуре. А это главный фактор, порождающий плюрализм и разнообразие.

И в этой конкурентной борьбе авторитет архитектора, его имидж определяется прежде всего новаторством его творчества. Те архитекторы, которые внедряются в историческую среду и не могут отказаться от антиконтекстуальной новизны, обречены на неудачу. Конечно, это происходит не без помощи инвесторов и застройщиков, которые стремятся к получению максимальной выгоды при минимальных затратах.

Эйфория зодчих нового поколения по поводу собственных успехов, многочисленные награды на фестивалях зодчества и международных конкурсах делают представителей этого поколения самодостаточными. Именно поэтому серьезная критика не востребована. Зачем столь успешным зодчим критика? Кто лучше их самих знает творческий процесс, его технологические аспекты? Мастера с полным основанием могут говорить о себе и о своих работах, здесь каждый архитектор сам себе критик. Но чаще, к сожалению, такие критики молчат. Тайны творческого процесса, как правило, остаются «за семью печатями». Да и друг друга нынешние мастера не критикуют – это моветон. Могут лишь пожурить.

Вместе с тем мы знаем, какими страстными, искренними и интеллектуально интересными были дискуссии зодчих 20–30-х годов прошлого века. Это были архитекторы – интеллектуалы и философы. Они ценили в архитектуре не только технические и функциональные достижения, но и ее гуманитарную культуру. С чем мы можем сравнить эти дискуссии сегодня?

Сегодня зодчие Петербурга добились многого. Но возникает естественный вопрос: куда и как двигаться дальше?

ХХ век закончился. Торжество техники, технологии и их эстетизация и гармонизация больше не являются самоцелью. Успехи наук о человеке, биологических организмах, природе и космосе, достижения современной физики и компьютерной техники, философии позволяют говорить о том, что ХХI век будет веком человека и гуманизации архитектуры. А это требует нового качества в решении двух важнейших проблем.

Одна из них – содержание гуманной архитектуры:
– ориентация на Мир Человека,
– обоснование и гарантии прочности, надежности, разнообразия и экологической безопасности контекста такой интеграции,
– использование в построении такого контекста не только рациональных, но и чувственных факторов, отражающих культурную самобытность и языковое разнообразие.

Другая проблема – выразительность художественного языка такой архитектуры. Эстетической гармонизации материально-технического содержания формы уже недостаточно. Необходимы атрибуты языка искусства: слова, знаки, метафоры, образы, символы, отражающие принадлежность к определенной культуре.

Опыт такого языка уже накоплен. Архитекторы, работающие в историческом центре, уже давно используют языковую преемственность, сочетают новые знаки с привычными. Такая интеграция всегда носит индивидуальный характер, зависит от культуры архитектора, его вкуса и понимания эволюционного процесса. Здесь каждый архитектор сам себе исток, а мера сочетания новизны и преемственности в его творчестве всегда индивидуальна. В результате появляется целый спектр индивидуальных форм, которые в известной мере восстанавливают преемственность и приближают каждую форму к тому, чтобы она стала фрагментом закономерного приращения к сложившимся историко-культурным ценностям города.

Хватит ли одной названной успешной самодостаточности талантливых петербургских зодчих, чтобы решить задачи ХХI века? Конечно, нет! Нужен полноценный и доброжелательный взгляд на современную практику специалистов, которые рядом: ученых, историков, теоретиков, писателей, художников… Другими словами, всех тех, кто формирует культурный контекст, в котором вершится архитектура. Но и этого недостаточно!

Блистательная выставка «Архитектура Петербурга – 2011», травмировавшая многих блеском своего разнообразия, к сожалению, не получила широкого общественного обсуждения. Оно было бы необходимо не для того, чтобы выявить лучшие работы, – материал еще не «остыл». Разговор у стендов с проектами дает возможность обсудить некоторые закономерности эволюционного развития, попытки создать гуманную архитектуру, особенности ее художественного языка, увидеть перспективу.

Как всегда, архитекторы упустили возможность предъявить гражданскому обществу общую вербальную картину наших бесспорных успехов и пути дальнейшего развития. Этим обстоятельством воспользовалась (тоже как всегда) «желтая пресса». Мы постоянно наступаем на одни и те же грабли.

И еще. Смысл метафоры «каждый архитектор сам себе и критик, и историк» в какой-то мере повышает и практический уровень нашей архитектуры, и ее интеллектуальные потенции. Однако, только преодолев существующую нежелательную самоизоляцию архитекторов, чреватую застоем и потерей качества, можно рассчитывать на то, что Россия станет одной из ведущих стран мира в сфере архитектуры.

Далее – Москва и Прага
О.С. Романов,
директор «АМР», первый вице-президент СПб СА, участник выставки

В сравнении с предыдущей выставкой двухлетней давности нынешняя архитектурная экспозиция кажется более профессиональной. В то же время явно прослеживается «след» кризиса. Это выражается в количестве представленных работ у ряда архитектурных бюро и мастерских. Выявилось некоторое расслоение в составе проектных организаций по проектной загрузке и значимости объектов. В этом отношении определились явные лидеры: «Студия 44», «Ален» и мастерская «Герасимов и партнеры». Очень радуют успехи проектной команды Н. Явейна, успешно работающей за рубежом. Их победы на международной арене позволяют разрушить ошибочное и тенденциозное мнение чиновников и некоторых заказчиков, что российские архитекторы «не дотягивают» до уровня западных зодчих. А посему – дорогу «зарубежным проектам» и их создателям!

Оценивать представленные работы и современные тенденции в архитектурном проектировании должны авторитетные критики и специалисты. Думаю, что о выставке и конкретных авторах еще будут написаны статьи в специализированных изданиях.

Хотелось бы отметить по-прежнему существующее неприятие некоторыми согражданами современной архитектуры и «творческих опусов» современных питерских архитекторов.

Конечно, записи в книге отзывов на выставке не являются истинным отражением мнения петербуржцев. Тем не менее необходимо к этой сохраняющейся тенденциозной оценке прислушаться. Все-таки сегодня мы, архитекторы, недостаточно обеспечиваем диалог между «профи» и «любителями», несмотря на новые архитектурные издания и книги. Необходимо подключение мощи и популярности радио и телевидения.

Продолжая тему посетителей выставки, следует отметить, что контингент, в сравнении с прошлым, резко изменился, особенно в посещении мастер-классов. Если два года назад половину посетителей составляли «бабушки», то сегодня 90% – молодежь. По составу задававшихся вопросов можно сделать вывод, что часть молодых людей относились к группе градозащитников и им сочувствующих. И это хорошо, так как благодаря таким выставкам, мастер-классам и лекциям активизируется естественный сдвиг в недавних непримиримых мнениях. Происходит движение в понимании архитектурной профессии, ее особенностей и трудностей процесса проектирования, возникает невольное ощущение проблем в архитектуре и градостроительстве.

Прошлая выставка (2009 года) с большим успехом побывала в Москве, в Приволжском регионе, в Белоруссии. Уже определена дальнейшая судьба выставки 2011 года. Работы петербургских архитекторов уже ждут в столицах России и Чехии.

Авторитетные московские зодчие, побывавшие на «Архитектуре Петербурга – 2011» не только как посетители, но и как участники мастер-классов, высоко оценили ее качество и даже количественный состав, отметив в этом значимом мероприятии явный санкт-петербургский стиль.

Какие тенденции показала выставка
Михаил Мамошин,
председатель НП «ОАМ»(«Объединение архитектурных мастерских»),
руководитель ООО «Архитектурная мастерская Мамошина»

На выставке много эскизных проектов и  концепций. Это, с одной стороны, отражает  реальное снижение объема строительства по сравнению с докризисными годами, а с другой – хороший знак, свидетельствующий о сохранении творческой активности в профессиональной архитектурной среде. Уменьшилось количество конкурсов. В 2010 году в Петербурге прошел один-единственный значимый конкурс – на новый зоопарк.

Петербургские архитекторы стали больше работать в других регионах и даже  в других странах, так, например, «Студия 44» (руководитель Н.И. Явейн) выиграла международный конкурс на вокзал в Астане. В  работе над одним проектом иностранный и петербургский архитектор уже работают в партнерстве, на равных, а не как раньше, когда местный архитектор рассматривался как адаптер. Например, архитектурный дуэт петербургской мастерской Евгения Герасимова и мастерской Cергея Чобана. Наша мастерская (ООО «Архитектурная мастерская Мамошина») в партнерстве с ZOBOKI-DEMETER & Associates Architects разработала концепцию многофункционального общественно-делового комплекса Дворец Искусств, Конгресс-центр и ВТРЦ на Васильевском острове.

Одной из основных задач выставки является демонстрация профессионального уровня, необходимого для работы в Санкт-Петербурге, т. к. в соответствии с действующим законодательством, к сожалению, любые строительные и девелоперские компании могут заниматься архитектурным проектированием, получив формальный допуск в какой-то СРО. Выставка сформирована из работ легитимных архитекторов: в партере на 1-м этаже Мраморного зала Этнографического музея представлены работы членов НП «ОАМ», а также олимпийские объекты, спроектированные петербургскими архитекторами, на втором этаже – работы архитекторов, состоящих в СРО НП «ГАИП» («Гильдия архитекторов и  инженеров Петербурга») – прообразе будущей Архитектурной палаты, учрежденном СПБ Союзом архитекторов и НП «ОАМ».

Назад к эклектике?
Владимир Фролов,
главный редактор журнала «Проект Балтия»

Любая сборная выставка – это своего рода парад. Смотр последних достижений, демонстрация новейших видов оружия и войсковых подразделений. Парад должен проходить в особенно торжественной обстановке. Биеннале «Архитектура Петербурга» выбрала в качестве своей площадки или, лучше сказать, «площади» один из наиболее помпезных залов города, расположенный в свиньинском Этнографическом музее. Выбор для выставки современной архитектуры весьма спорный – справиться с подобным эклектическим буйством под силу было бы лишь каким-нибудь гигантским инсталляциям или макетам, планшетная же экспозиция тут обречена на провал.

Однако предпочтение этому пространству, скорее всего, мотивировано вовсе не соображениями экспозиционного дизайна, а скорее идеологическими и стилистическими. Эклектизм и есть тот контекст, в котором могут ужиться совершенно разные по дизайну и по качеству проекты петербургских зодчих. И не только проекты, и не только петербургских. К примеру, идеологическим центром экспозиции стал планшет, посвященный творчеству Льва Руднева. Простая черно-белая подача как бы указывает на истоки современной архитектурной традиции города. Ее принципиальная важность считывается благодаря «географическому положению»: планшет находится в центре симметричного зала на галерее – то есть занимает центральное и самое высокое место. Характерно, что под ним, на первом и основном уровне зала, нет вообще ничего, то есть ничего не показывается, а рассказывается. Здесь расположился лекторий, где при помощи фонда «Про Арте» и ряда иностранных культурных институций на протяжении всей выставки устраивались выступления зарубежных зодчих. В промежутках между речами представителей BIG, Snohetta и т. п., а также московских коллег, делились опытом и петербуржцы. Если говорить об иерархии пространств и их значений, то получилось, что главными на выставке стали славная история архитектуры города, а также сама дискуссия о том, как сейчас можно строить там и здесь. Вероятно, это довольно точно отображает и ситуацию в реальном городе: есть сформированное пространство центра, чья ценность не вызывает ни у кого сомнений, и есть вопрос, как в такой среде работать.

Можно приветствовать постановку дискуссионной площадки в центр экспозиции – в этом есть определенная честность: мы не уверены, мы готовы слушать, готовы задавать вопросы. Но ответ, который на сегодняшний день дает сама выставка: в такой прекрасной эклектичной и потому плюралистической среде найдется место всему, и хорошему и плохому, – все же представляется неудовлетворительным. Эклектика XIX века – это, напомним, искусство «умного выбора». А выбрать одновременно и своеобразное, спорное, интересное, сильное решение «Студии 44» для Главного штаба, и тут же рядом «одномерную» летающую тарелку новой станции метро «Горьковская» (SUART) из какого-то «Луна-парка» – тут уже всякая дискуссия попросту теряет смысл. Это все равно, что на военном параде после современных грозных боевых машин на полном серьезе пошли бы игрушечные танчики.

«Архитектура Петербурга»: биеннале–2011
Анна Кирикова,
рress & PR, архитектурная мастерская «Студия 44»
(Полный текст статьи опубликован на agency.archi.ru)

В экспозицию выставки «Архитектура Петербурга-2011» вошли проекты ведущих петербургских архитекторов, выполненные за последние два года.

Все зависит от угла зрения. Под одним «Архитектура Петербурга-2011» – это собрание лучших архитектурных произведений последних лет, выращенных в Петербурге. Централизованной волей петербургского объединения архитектурных мастерских (ОАМ) на выставке представлены произведения тех, кто сегодня действительно очень активно проектирует и строит в этом городе. На первом этаже, в частности, собраны самые сильные участники –  заслуженные мастера, обладатели всевозможных наград. Серьезные люди, вся жизнь в профессии. Вот только на душе немного тревожно, потому что здесь и вправду лучшие из лучших в Петербурге, а результат этому не вполне пропорционален.

Казалось бы, классический обман ожидания: приходишь за прекрасным, а тут – унылые интерпретации классики, наспех прорисованный конструктивизм и модерн, парафразы европейских реализаций, и вообще какая-то странная утомленность от профессии, отсутствие сильных жестов, поиска оригинальных приемов. Но стоит лишь слегка сменить угол восприятия, как начинается самое интересное. «Архитектура Петербурга» – она ведь не о концептуально-«бумажных» предложениях на заданную тему, не о «порисовать на досуге»,  она – о том, что действительно сегодня происходит, произошло или вот-вот произойдет в Петербурге. О наших современниках, о «здесь и сейчас». И в этом ее безусловная ценность. Она – об итогах и перспективах реального «мужского» проектирования с его матюгами на стройке, урезанной сметой и заказчиком, которому кажется, что он как никто другой знает толк в классике и/или хай-теке. И о том, насколько эрудиция и профессионализм архитектора могут эту систему пошатнуть. «Архитектура Петербурга», пожалуй, о героях и антигероях нашего времени, которые, к тому же, легко меняются между собой местами.

Итак, Петербург-2011.

Здесь уже наполовину реализован Grand projet: в конце прошлого года Никита Явейн и его «Студия 44» завершили первую очередь реконструкции восточного крыла Главного штаба. По идее, новые помещения должны быть открыты для города, не дожидаясь окончания строительства второй очереди (а это чуть более половины здания), – как только в них разместится часть новой постоянной коллекции.

Петербург замер в ожидании и двух других Grand projets – реконструкции международного аэропорта и строительства нового зоопарка. Замер – потому что проекты уже существуют, а вот когда город приступит к их реализации и приступит ли вообще – загадка. Озвучиваются разные цифры, но точных дат стенд комитета по градостроительству и архитектуре (КГА) – организатор обоих конкурсов – не дает. За новый «Пулково-2» отвечают Grimshaw & Partners, а также их петербургский партнер Сергей Орешкин и его «А.ЛЕН» (это, пожалуй, самая активно строящая проектная организация города). За новый зоопарк, причем на болотах, а оттого особенно петербургский, – французы Beckmann N’Thepe. Их проект – размышление на тему того, как выглядела бы карта мира, если бы континенты принимали свои размеры сообразно с количеством и разнообразием флоры и фауны. Второй конкурсный проект (проигравший) принадлежит тандему мастерской Вячеслава Ухова и «Студии 17» Святослава Гайковича, автора одновременно одной из лучших петербургских реализаций последних лет – жилого комплекса «Ориенталь», прекрасно вписанного в панораму Малой Невки.  Их концепция зоосада основана на создании системы насыпных холмов и общественных пространств-павильонов под стеклянными крышами на балках причудливой конфигурации.
В этом году петербургские архитекторы представили и много проектов на экспорт. Та же «Студия 44» показала проекты, выполненные для Астаны и для Лондона.

Тандем мастерских «Витрувий и сыновья» Сергея Падалки и «АМ ТРИ» Вадима Спиридонова разработал концепцию генерального плана территории «Олимпийского парка» в Сочи. Если все пойдет, как задумано, то к 2014 году Имеретинская низменность обрастет причудливым хай-теком  олимпийских объектов. Это одно из самых позитивных впечатлений от выставки. Хотя понятно, что в Петербурге даже хайтек получается какой-то сдержанный, «классицизирующий», почти ретрохай-тек – наверно, как-то так могли бы выглядеть иллюстрации к оригинальному изданию «Сто лет тому вперед». «Студия 44» спроектировала для Сочи железнодорожный вокзал, а Максим Атаянц – медиадеревню «Горки-город». Последнее – жонглирование историческими приемами на фоне снежно-горного пейзажа. Обращаться к неоклассике, ордеру, сегодня – это как ходить по тонкому лезвию бритвы: чаще всего получается грубо, нелепо и как-то в лоб. А Атаянц как ходил, так и ходит – и получается у него тонко и интеллигентно. По крайней мере, на картинках.

За культурно-просветительскую миссию на мероприятии отвечает Институт ПРО АРТЕ. С их легкой руки в Петербург в этом году  приехали Йорн Нарюд (Narud Stokke Wiig) и Улле Густавсен (Snohetta), Штефан Бениш (Behnisch Architekten), Пиа Илонен и Мина Лукандер (Talli Design & Architecture), взорвавший публику Кай-Уве Бергман (BIG), а также москвичи – Борис Левянт, Юрий Григорян, Владимир Плоткин и Виктор Логвинов.

Кажется, Петербург не безнадежен и сухая отчетная выставка проектных работ все-таки имеет шанс превратиться в пространство креативного диалога. А архитектура Петербурга – сделать шаг на пути к тому, чем она, на самом деле, всегда и была – и уж точно не унылой и утомленной. Пока же остается помнить, что «Архитектура Петербурга» – она не о лучших. Она о разных архитекторах, которые показывают разную по уровню архитектуру. Это Петербург, 2011 год. Что выросло, то выросло.

 

©  «Архитектурный Петербург», 2010 - 2018