Архитектурный Петербург
электронный бюллетень

Информационно-аналитический бюллетень

Союза архитекторов Санкт-Петербурга,

Объединения архитектурных мастерских Санкт-Петербурга,

Ассоциация СРО «Гильдия архитекторов и инженеров Петербурга»

Главная / Архив / 2011 / 08 / Памяти мастера

Ж.М. Вержбицкий

Памяти мастера

Вержбицкий Жан Матвеевич.
Родился 2 февраля 1932 года в Ленинграде. Заслуженный архитектор РСФСР (1990), кандидат архитектуры, профессор, член СА СССР. Награжден серебряной медалью ВДНХ (1980), медалью «За доблестный труд» к 100-летию В.И. Ленина, является лауреатом Государственной премии СССР (1974). Награжден дипломом СА СССР (1991), дипломом за лучшую научно-исследовательскую работу в области архитектуры и градостроительства (1989) и дипломом за участие в выставке лучших архитектурных произведений (1981).
Автор 47 проектов, из них 20 построек, пять конкурсных проектов. Написал более 70 статей, научных докладов и исследований.
Скончался 17 ноября 2011 года.

Иллюстрация_№1
Светлой памяти Жана Матвеевича Вержбицкого – заслуженного архитектора России, члена-корреспондента Российской академии архитектуры и строительных наук, члена-корреспондента Международной академии архитектуры в Москве, профессора, лауреата Государственной премии СССР
Юрий Курбатов, доктор архитектуры, профессор, академик МААМ (IAA)

В мае этого года в Союзе архитекторов Петербурга прошла презентация книги Жана Матвеевича «Архитектурная культура (искусство архитектуры как средство гуманизации «второй природы»)». Эта монография стала его творческим завещанием: опираясь на свой выдающийся опыт, Вержбицкий напоминает о том, что архитектура – важнейшая составляющая часть гуманитарной культуры, без которой невозможно полноценное существование цивилизованного общества.

Жан Матвеевич был художником от Бога. Все, к чему он прикасался, или все то, в чем он участвовал как член авторского коллектива, приобретало художественные качества.

В период властвования строгой функциональности (1950–1980-е гг.), когда развернулась его творческая деятельность, он, как и все его коллеги, находился под сильным прессом утилитарных и технологических требований. Тогда значение архитектора-художника ограничивалось в основном гармонизацией материально-технической структуры объекта. Душа архитектора-художника Жана Вержбицкого от этого, безусловно, страдала.

Только в конце 1980-х и в 1990-е годы, когда наша архитектура повернулась к своему творческому наследию и вышла в мировое архитектурное пространство, Жан Матвеевич мог бы реализовать себя в полной мере. Достаточно вспомнить комплекс Дома цветов на Каменноостровском проспекте, жилой дом на Кронверкском проспекте и другие постройки тех лет. Однако сил оставалось уже мало.

Ж.М. Вержбицкий – автор нескольких впечатляющих монументов в Санкт-Петербурге и в Москве. Его совместная работа с художниками-скульпторами М.Т. Литовченко, Б.А. Пленкиным оказалась весьма успешной и плодотворной.

Существенной частью его творческой жизни было преподавание в альма-матер – на архитектурном факультете Академии художеств. Здесь он был гуру полноценной современной архитектуры. Именно преподавание, работа с учениками привели его к необходимости формулировать вербальные модели полноценной архитектуры, апробировать их. Так появились контуры книги, которые затем, уже в период тяжелой болезни, вопреки физическим недомоганиям, Жану Матвеевичу удалось перевести в монографию. «Архитектурная культура» была издана с помощью любящей жены и любящих учеников.

Жан Матвеевич Вержбицкий оставил большое наследие, которое стало значительной частью российской архитектуры ХХ века.
Дорогой Друг! Мы будем всегда помнить тебя!

Максим Атаянц, архитектор

Таланты педагога и художника не тождественны. Далеко не каждый профессионал готов тратить время и силы на воспитание других. Если потребность отдавать свои знания и опыт пробуждается у крупного мастера, радость общения с ним ученики хранят всю жизнь.

Будучи одним из тех, кто может назвать Жана Матвеевича своим учителем, хочу вспомнить некоторые особенности его подхода к преподаванию.

Основой, на которой строилась вся работа мастерской Вержбицкого в Академии художеств, было безусловное уважение к творческой и человеческой личности, что в равной степени относилось и к студентам, и к педагогам-консультантам. Никогда мы не слышали от Жана Матвеевича ни грубости, ни ноток начальственного высокомерия. И в моменты резких критических оценок (по смыслу они бывали совершенно безжалостны), и отмечая чью-то удачу, мастер удивительно точно соблюдал дистанцию, не позволяя ни панибратства с собой, ни нарушения личного пространства собеседника. При такой манере общения каждое сказанное слово имело вес и оставалось в памяти надолго.

Студентам настойчиво и последовательно внушалась ценность системного, упорядоченного подхода к проектированию, правильной последовательности действий, дисциплины ума и уважения к собственным замыслам. Той же цели служило и знаменитое требование о ведении творческого альбома – для фиксации всех, даже кажущихся случайными, композиционных мыслей и образов, создающих характерный для каждого автора художественный контекст.

Очень важно сказать, что весомость рекомендаций и советов подкреплялась живым примером. Вся видимая нам творческая деятельность Вержбицкого строилась на тех же самых принципах, и, требуя от студента зарисовок или эскизов, он в любой момент был готов показать результаты собственной работы, всегда исполненные высокой изобразительной культуры, любви и внимания к подробностям окружающего мира.

Получилось так, что и последний, может быть, самый важный урок мастер преподал нам на собственном примере. Будучи под конец жизни практически обездвиженным, он до последнего дня находил в себе мужество приятия действительности, волю к деятельности, умение не раскисать и сохранять работоспособность, и вышедшая недавно его последняя книга – лучшее тому доказательство.

Сергей Падалко, Дмитрий Быков, архитектурная мастерская «Витрувий и сыновья»

В мастерской Жана Матвеевича Вержбицкого мы учились в 1993-1996 годах.

Жан Матвеевич был ярким педагогом. Истории из жизни мастерской передавались поколениями его учеников и с годами приобретали качество мифа.

Нередко еще до вступительных экзаменов будущий студент ориентировался на учебу именно в мастерской Вержбицкого.

Своих учеников он называл коллегами, ожидая не ученичества, а сотрудничества, совместного движения к цели. «Я выдвигаю тезу. Вы обдумываете ее, предлагаете антитезу, и мы движемся к синтезу». Его консультации проходили в форме диалога, и часто эти беседы выходили за рамки обсуждения узкопрофессиональных вопросов проектирования.

Щедро делясь своим опытом жизни в профессии, Жан Матвеевич подготавливал нас к  тернистому пути самостоятельного освоения специальности архитектора.

Бывал он и строг и убийственно ироничен («Вы, Димочка, напоминаете мне ламповый приемник»), но мало кто из преподавателей мог, как он, вступить в единоборство с кафедрой, отстаивая проект своего студента. Мы были под его крылом, и чувство защищенности позволяло нам выходить за рамки догматов, неизбежных в академической жизни.

На собственном примере учил он стойкости и мужеству в борьбе за осуществление своего творческого замысла – качествам, позволяющим проектировщику стать архитектором.

Мы помним нашего учителя, в наших работах есть его след, его соавторство, его опыт.

Со светлой скорбью мы вспоминаем светлого человека.

 

©  «Архитектурный Петербург», 2010 - 2018